Борьба с вич в россии

Борьба с вич в россии

Переезд склада в Европу.
Реализуем препараты от гепатита С в России по закупочной цене - ликвидация склада
Перейти на сайт

Визит в Пермский край и знакомство с тамошним опытом противодействия эпидемии ВИЧ-инфекции вызвал и мысли невеселые, и ассоциации неприятные. Встретились с целым рядом ключевых фигур: главными врачами, их заместителями, главными специалистами и т.п. Все понимают, что ситуация в крае по ВИЧ-инфекции паршивая. Пораженность населения высокая (восьмое место по РФ, четвертое – по ПФО). Все понимают, что причина всему – эпидемия среди потребителей наркотиков. Понимают ли, что начиная с 1994 года реагировали на эпидемию неадекватно? Не знаю. Но факт остается фактом: в 1994г. а крае было 4 ЛЖВ, а в 1998г. – 32. Когда я уходил с государевой службы в 1998 году (или в 1999?), «оставил» то ли 26, то ли 28 ВИЧ-инфицированных. В общем, равные условия. Отличие одно: мы начали работать с наркоманами в рамках программ обмена шприцев, а в Перми – не получилось, хотя команды наши готовили одновременно (на тренингах в Москве). Может, накосячили, может – встретили сильное сопротивление «идеологических противников». Мы тоже встретили, но выстояли. В результате в Перми, так же, как и в нашем Кузнецке, произошел обвал заболеваемости.
Они долго ждали, когда все наркоманы вымрут и когда пойдет половой путь передачи (чтобы не заниматься с такой неудобной группой). Как я предполагал (и об этом сообщил главврач центра СПИД) было негласное распоряжение не усердствовать при эпидрасследовании в выявлении роли наркоманов в эпидемии – чтобы с ними не работать. Не дождались. В 2010г. пошла очередная волна роста заболеваемости среди наркоманов. Начали понимать, что без профилактики в этой группе ничего не сделаешь. Стали привлекать ресурсы со стороны, от грантодателей, из бюджета. Сейчас на базе КЦ СПИД работает пункт обмена шприцев. Но в программе борьбы со СПИДом на 2012г. как и в решении СПЭК от 2011г., акценты на наркозависимых не сделаны, никакие мероприятия не запланированы. Как выяснилось, существуют договоренности с наркоконтролерами: вы мол работайте тихо, а мы вас как бы не замечаем. Потому что узнают в Нижнем Новгороде или Москве – и будет у всех понос (простите, жидкий вонючий стул).
Чисто российский идиотизм – наркоконтролеры стращают людей, реально занимающихся профилактикой ВИЧ-инфекции, тем, что посадят их в тюрьму. Специалисты боятся участи ветеринаров. Причем их стращают, не имея на то никаких законных оснований. Но кого в России из силовиков интересовало соблюдение Законов? Их строгость, как известно, компенсируется необязательностью выполнения. Тем не менее, расширить работу и рассчитывать на получение результатов в такой ситуации трудновато.
В Пензе главные врачи ОЦ СПИД и ОНБ тоже боятся (на всю жизнь испуганные). Не убеждают и факты, ведь в Кузнецке эпидемия развивалась так же, как и в Перми. И когда проект снижения вреда оказался под угрозой прекращения работы – ничего не сделали. В итоге, как и предполагалось, пошел рост заболеваемости в Пензе. Правда, активность все же проимитировали. Записали в подпрограмме «ВИЧ-инфекция», что будут заниматься профилактикой среди групп риска. А ожидаемым результатом этой работы отметили «обучение лиц из групп риска здоровому образу жизни». Это – полное непонимание того, как должна организовываться профилактическая работа с группами риска.

В наркологии еще чудней. Эти испуганные никак не хотели взять на работу подготовленных социальных работников проекта снижения вреда – как социальных работников. Не хотели создавать работающую систему доверенных специалистов для наркоманов (мол, и так помощь у нас доступна). Ограничились тем, что каких-то врачей стали называть «доверенными» — и все. А в Перми – пожалуйста. Аутричи проекта снижения вреда работают на ставках социальных работников в наркологической больнице, обменивают шприцы наркоманам в проекте снижения вреда и направляют их кого куда – в больницы, на группы анонимных наркоманов. Сами прошли через употребление наркотиков и сейчас – составляют ядро группы анонимных наркоманов. Проектом снижения вреда руководит замглавврача ОНБ. Не пугливая, как наши руководители-мужики.
В пермской краевой Программе борьбы с наркоманией на 2012-2015гг. предусмотрено развитие аутрич-проектов, расширение низкопороговых программ для наркозависимых.
Такая работа позволяет качественно улучшить работу с наркозависимыми. В Пермском крае много разных реабилитационных центров. Они не лоббируют интересы одного из них, государственного, а позволяют иметь право выбора. Если человек прошел реабилитацию и полгода сохранял трезвость, то из бюджета края реабилитационному центру выплачиваются деньги. Тоже по сертификату, но не родовому.

А проведенный анализ подпрограммы «ВИЧ-инфекция» позволяет сделать неутешительные выводы: мероприятия были направлены, преимущественно, на поддержку текущей деятельности специализированной службы и в минимальной степени – собственно на профилактику ВИЧ-инфекции. Именно поэтому эти мероприятия и не могли оказать сколь-либо значимого влияния на развитие эпидемии, а Пензенская область оказалась неподготовленной к прогнозировавшейся вспышке заболеваемости (в связи с прекращением программы профилактики ВИЧ-инфекции в Пензе и увеличением рисков передачи ВИЧ при употреблении курительных смесей и дезоморфина). Нежелание формировать целевую подпрограмму «ВИЧ-инфекция» на основе принципов, обоснованных с научной точки зрения, равно как и оперативно вносить в нее изменения (в связи с меняющейся обстановкой), обрекает Пензенскую область на потерю достигнутых ранее стратегических преимуществ и на неконтролируемое развитие эпидемии.



Источник: aidsexpert.livejournal.com


Добавить комментарий